Morpeh.RU

Воспоминания стрелка 3-й роты 880-го ОБМП
810-й ОБрМП КЧФ матроса Попова Константина (79-81).

Эпизод Первый.

На 25-е августа была назначена генеральная репетиция. Готовились к ней основательно. Водители отходили от машин только для приема пищи и отправления естественных надобностей, документация командиров отделений и старших машин пополнилась различными инструкциями, планами, схемами, жетончиками. По десять раз на день повторялся порядок посадки и высадки, аварийных и пожарных действий.

Поддерживающие тесемочки, бросательные концы, пенопластовые круги, чехольчики из брезента облепили БТРы (бронетранспортеры), отчего те стали похожи на обвешанных снаряжением пехотинцев, горбатых и неуклюжих.

Но куда девалась неуклюжесть и горбатость, когда водилы отрабатывали посадку на БДК (большой десантный корабль)! Колонна вытягивалась двумя хвостами вдоль берега на дороге, выходящей из гавани, патрулем перекрывалось движение чужих, и начиналась погрузка. С интервалами в считанные секунды броники подъезжали к аппарели, где майор Олефиренко, зампотех батальона, четко орудовал флажками. Головы водителей изредка показывались над люками, и казалось, что шеи их сделаны из резины – настолько необычной выглядела возможность управлять боевой многотонной машиной на задней передаче и смотреть назад на узенькие полоски передних сходен.

Буквально в считанные дни, правда, дни напряженнейших тренировок, батальон достиг небывалого. Впятеро были перекрыты нормативы по посадке на корабль десятков машин.

Третьей роте предстояла высадка на ДКВП (десантных кораблях на воздушной подушке). Испокон веков эти КВП были привилегией третьей роты. Ее личный состав высаживался вслед за танками с огромного «Джейрана», карабкался по обрыву с узенькой палубы «Ската», болтался в море на поломавшемся «Омаре». И единственным в батальоне получал во время учений ДП (дополнительный паек) из довольствия экипажей катеров: паштеты, сгущенку, галеты, шоколад.

На первые тренировки роту отправляли заранее, дня за два-три, и мы, старшие машин и водители, оставались на БДКе как на курорте. Почти забытые командованием десанта, чему способствовало и расположение наших коечек в кубрике, а также выработанная за полтора года службы инстинктивная привычка надежно шкериться при виде начальства, мы днями корячили на нижнем (третьем сверху) ярусе коечек в кубрике десанта или читали книжки, забравшись в БТРы.

Но в преддверии генеральной репетиции все было по-другому. Десант на ДКВП отправили с БДКа всего за день. Оказалось, что и их прищучили. Наши боевые побратимы в ожидании учебных занятий тоже не особо перетруждались. Жили в палатках в лесу. Свежий балтийский ветер, сытная пища, обилие ежевики, умеренные физические нагрузки (ротный Зезюля в своем амплуа) шли и на пользу, и в удовольствие.

Но что поделаешь, в армии и на флоте удовольствие не продлить. До последнего дня перед генеральной репетицией рота в полном составе выстраивалась для каждого мероприятия на крышке третьего твиндека, выходила на бесконечные корабельные приборки, выстаивала в строю на разводах, несла службу в твиндеках, на камбузе и на шкафуте.

24-го, наконец, началось. Сразу после обеда оживленный гомон, лязганье оружия, суматоха у камбуза, где выдавали сухпай, возвестили об отправлении на берег для выдвижения в район посадки на КВП третьей роты. Из надстройки на палубу солидно, неторопливо вышел ротный.

- Карпухи-и-и-н! Стройте роту! – в таких ситуациях Зезюля был воплощением собранности, озабоченности и какого-то внутреннего удовольствия и гармонии. По всему было видно, старший лейтенант окунался в любимую стихию боевой работы – высадок, марш-бросков, стрельб, окапываний, караулов – и с удовольствием, и с осознанной ответственность командира.

И вот уже скрылась за поворотом колонна наших братишек, оставшиеся на корабле морпехи уходят в кубрик отдохнуть после приема пищи.

Но уже через десять минут пронзительный звонок подорвал расслабившихся воинов с коек. Боевая тревога! К бою и походу, сниматься со швартовых! Да это и не нам вовсе, наша тревога будет попозже. Это мореманы заметались, шипят на нас – «пассажиры», мечутся по коридорам и трапам, вытягивают свои любимые швартовые, огрызаются на беснующегося на баке боцмана. А десант переворачивается на другой бок, только зенитчики задействованы по тревоге, выскочили со своими трубами на мостик.

Сразу за узенькой полоской насыпного мола тряхнувшая наш пятитысячетонный корабль волна со всей ясностью дала понять, в какое неспокойное море нам доводится выходить. Еще до отбоя тревоги в кубрик десанта скатился командир взвода обеспечения старший прапорщик Зубенко и, сильно гундося, пронзительно заорал:

- Где вторая рота?! Фомин, давай людей быстро столы с верхней палубы в кубрик!

Мы с Паштетом аккуратно переместились с верхнего яруса на нижний и залегли как в поиске, еще не хватало, чтоб Зуб нас припахал.

Но все же ужин был не за столами. В кубрик снесли только три стола, на которые принесли бачки, составленные парами – один длинный для первого, другой на нем короткий – для второго. А уж миски с чифаном мы держали на коленях. В полумраке кубрика аппетитно запахло мясной подливкой, заскребли по алюминию ложки, разговоры сменились усиленным чавканьем. Хотя некоторые морпехи отчего-то с выходом в штормовое море резко стали поститься. На кого качка не действовала – огребал двойную пайку мослов.

К вечеру качать стало сильнее. На ужин бачковые уже не могли носить по паре бачков. Оставляя одну руку постоянно свободной, цепляясь за любую железку и перебегая от переборки к переборке, балансируя на трапах, они все же выполняли свой священный долг кормления личного состава. А сытые десантники, убаюкиваемые качкой, сыто щурились, глядя на виртуозов с посудой, цыкали зубами и лениво перебрасывались подколками.

Утром с подъема стали готовиться к высадке. Я никогда не мог определить наверняка, в чем именно заключается эта подготовка за час-два перед высадкой, когда ничего нового никто тебе сказать и показать не может, грядущее неотвратимо и будет таким, каким будет. Однако беготни и суматохи было в этот последний час столько, сколько бывает перед возвращением в Казачью после пятимесячного БСа (боевой службы).

Нам, остаткам третьей роты, было полегче. Два человека в бронике разместятся быстрее и с большим комфортом, чем отделение, тем более из второй роты. Сразу после завтрака я отнес в машину свой РПК (ручной пулемет), подсумок и противогаз, касок у моего запасливого  водилы Коли Лапина было штуки четыре. Лапу прикомандировали в третью роту на период учений из противотанкового взвода, но благодаря нашей взаимной уживчивости мы быстро сдружились. Пока я «готовился к высадке», Лапа мирно карячил на заднем сидении десанта, прикрывшись курткой МП.

Спустив в БТР снаряжение, я поднялся по трапу из четвертого твиндека в надстройку к старшему лейтенанту Кучияшу, замполиту роты, который командовал оставшимися на корабле воинами третьей роты.

- Тащсташа, Веха-один к высадке готов, старший машины матрос Попов.

Благо, у зампала хватило ума не выстраивать нас: все доложили ему лично, а задача нам была ставлена-переставлена, что мы и сами могли инструктировать хоть министра обороны.

До времени «Ч» оставался час. Я вышел из надстройки на крышку третьего твиндека, верхнюю палубу, загроможденную техникой. В первую же секунду в лицо ударила горсть воды пополам с пеной. Отираясь, бросил дверь, и она, ускоряемая волной, резко закрылась, ударившись о комингс. Наверху, на шкафуте качало здорово. БТРы как живые, приседали и поднимались на колесах, укачиваемые волной. Все было уже раскреплено, и я не рискнул пробираться среди дергающихся стальных махин в броник Паштета на крышку первого твиндека. Серое море, серое небо, справа и слева один за одним идущие в кильватере корабли, зарываются в это серое месиво, рвутся вперед, стихию поправ. Мокрая палуба, стаканы с уключинами для крепления техники, полные воды, срывается мелкий дождь, мокрые боевые машины, готовые сорваться в бой, и ни одной живой души!

Хватаюсь по-обезьяньи за поручни, спускаюсь в твиндек. Тут живых душ много! Вторая рота, как всегда, что-то не донесла, не дотащила, что-то не проверила, не доподготовила. Начинаю понимать, зачем нужна подготовка десанта, вернее,  второй роты, в последние минуты перед высадкой. В танковом проходе ротный-2 старший лейтенант Лызин выстроил водил, своим пронзительным голосом, за который наши годки называли его «девочкой Галей» (вообще-то он Гена), разносит их по полной. Если не за что, так для профилактики. Сиканов, замок первого взвода, загнал в угол молодого матроса из весеннего призыва с Таджикистана, представляю, какой там монолог! Да, вторая рота готовится к высадке.

Из кубрика, точно как китайцы, вылезают и вылезают обвешенные оружием и амуницией бойцы, тащат ящики, пакованы, связки – много чего для высадки и боя надо.

По уходящей из-под ног и вырастающей до пояса палубе пробираюсь мимо разошедшегося старлея, приседающих броников в четвертый твиндек, к своей машине. Вот она, родная веха-один. На башне сидит Коля с дружаней из первой роты, болтают ногами в такт волнам.

- Лапа, через пятнадцать минут проверять моторы! – кричу я, взбираясь наверх по уключинам БТРа.

В четвертом твиндеке к шуму штормового моря прибавляется гул БДКовских дизелей и бурления винтов за кормой корабля. Зато качает не так сильно, как на верхней палубе. И на всякий случай гальюн рядом.

Мы с Колей устраиваемся в сиденьях броника, надеваем спасжилеты, шлемофоны. Готовность – двадцать минут. Через наш броник перелез мореман, наверное, заднюю сходню приоткроет. Точно, подергал какие-то механизмы, рукоятки – кормовая аппарель отходит чуть вниз от подволока, плеск и бурление воды становится слышны сильнее, я снимаю шлемофон, откидываю люк и выскакиваю по пояс на броню, вдыхаю свежий морской воздух, вижу, как из серой щели залетают внутрь корабля брызги и пенные клоки рассерженного моря. Еще глоток, еще глубокий вдох – и соскальзываю на место в свою боевую машину. Захлопываю люк. Очень вовремя!

Взревели моторы броников, сизый дым наполнил десантные отсеки, клубами устремился в щель на корме, гул неописуемый! Включаю ротную частоту на рации, до проверки еще три минуты, а в эфире – болтовня, типа, видел вертолеты, или не заблевал ли кто БТР! Вот идиоты – была же команда не болтать!

- Паштет, чего болтаешь?

- Сам рот закрой!

Но сразу все стихает, когда в эфир врывается голос замполита, старшего нашей роты на высадке:

- Вехи, вехи, я – Веха! Как слышите, прием.

- Я Веха-1, слышу хорошо!

- Я Веха-2, слышу хорошо!

Все в порядке, можно воевать.

Но как томительны, как полны напряженного ожидания эти последние минуты перед высадкой! Гул машин, грохот моря, скрип рессор, напряженные лица старших машин, вылезших на броню и всматривающихся вперед, в танковый проход, туда, где вот-вот распахнутся створки, защищающие пока от неизвестности, куда сейчас устремится поток настоенных в едком угаре и нервном напряжении боевых машин морской пехоты. Сколько до земли, какая волна, что за берег?

Вот он, долгожданный миг под названием «десант пошел!» Каким маленьким кажется из четвертого твиндека окошечко раздвинутых створок, каким неестественно медленным кажется движение машин в танковом проходе. Хочется быстрее на волю, в воду, на песчаную отмель полигона, ворваться на берег, как учили, как представлял, как нужно, как умеем. Высадка – апофеоз боевых действий морской пехоты! Сердце прыгает в груди от живота до горла, чуть трясутся руки от волнения, но это не мешает быть собранным и внимательным, не первый раз, хоть это всегда волнительно.

Проезжаем танковый проход, за нами стремительно опускается межпалубная сходня, чуть не задев корму броника. По ней крадется вниз следующий за нами БТР, мгновенно закрывший мелькнувший с верхней палубы свет. Проезжаем третий твиндек, вдруг скорость замедляется.

- Коля!!!? – ору я вопросительно.

- Движки заглохли, – как-то тускло отвечает мой водила и начинает судорожно двигать руками по кнопкам, тумблерам и рычагам, ногами с остервенением топчет педали.

Непонятно: то ли шедший за нами на своей машине Юрик Богданов не успел притормозить, то ли намеренно толкнул нас, но от этого толчка  один движок завелся, броник рвануло, второй твиндек и половину первого мы проскочили, не успев глазом моргнуть. Позабыв взять какую-то фишку (типа высадочного талона) у стоящего справа литехи – помощника начальника штаба батальона, едва успел перед надвигающейся свинцовой волной закрыть броняшку переднего стекла. Лапа опустить броняшку не успел, сбоку было видно, как в окно ударила вода, затрепыхалась бурлящим потоком. Через секунду нос машины вынырнул, и мы увидели берег – далеко, метрах в пятистах, поросший зарослями, какими-то неестественно серыми, как Балтийское море.

БТРы десанта разметало веером на волнах. Ищу глазами 170-й, там командир, туда к нему надо и нам грести.

- Коля, давай правее к семидесятому!

Выруливая на воде, стараясь не подставлять борт набегающей с моря волне, Лапа направляет машину наискосок к командирской. Качает – ужас! Изредка волна накрывает триплексы. Наклоняюсь, смотрю в отверстие под полики – нет ли воды. Все в порядке, Лапа пробки проверил перед высадкой. Пока наклонялся, не заметил, что броник потерял ход. Звука моторов не слышно.  Опять заглохли! Коля в ступоре, у меня одни междометия. Вылезаю наверх, по бортику над колесами ходить опасно, на корпусе удобнее. Болтаемся, как… Метрах в двухстах ПТС со спасателями, смотрят на нас, ждут сигнала. Что делать, машу рукой, мол, давайте уж, спасайте! Последняя досада: Коля веревочками так по-уставному подвязал трос, что его просто невозможно отвязать. Хорошо, вчера вечером я вырезал ЧФэшки из фотобумаги на дембельские погоны, лезвие в кармане есть. Разрезал дебильные уставные тесемочки, освободил трос, тут и ПТС подоспел. Когда уже нас потащили к берегу, глянул на наш БДК. Еще идет высадка, нас снесло влево от корабля, целая толпа мореманов сбежалась на бак смотреть на нашу конфузию. Вот тебе и подготовились к высадке…

На берегу зампотех майор Олефиренко без лишних слов поговорил с Лапой на своем языке, водила по его наводке что-то сколдовал в силовом отсеке, и двигатели нашего броника неожиданным образом заработали.

Свою роту мы догнали через десять минут на проселке возле рощицы. Дождь кончился. Распогодилось. А маневры на земле только начинались.

Боевые действия разведчиков Черноморского флота на территории оккупированного Крыма в 1943—1944 гг.

Предисловие

Спустя 58 лет после окончания Великой Отечественной войны мы еще только начинаем открывать для себя истинный смысл некоторых событий, происходивших в те грозные годы.

До сих пор широкому кругу читателей почти ничего не было известно о взаимоотношениях Военного Совета и Командования разведки Черноморского флота с Крымским ОК ВКП(б), его органами руководства партизанским движением и командованием партизанских формирований, действовавших в Крыму.

Партизанское движение и сеть коммунистического подполья на территории автономной республики создавались Крымским обкомом ВКП(б) и НКВД Крымской АССР заблаговременно (июль — октябрь 1941 г.), еще до оккупации Крыма немецко-румынскими войсками, фактически в полигонных условиях, чего в то время не было ни в одном из приграничных районов Советского Союза.

Однако из-за отсутствия в СССР в предвоенные годы официальной практической доктрины ведения народными массами «малой войны» в условиях временной оккупации части территории страны и острой нехватки руководителей, имеющих профессиональную партизанскую выучку (специалисты были подготовлены ГРУ и НКВД СССР в период 1926—1934 гг. и уничтожены режимом в ходе репрессий конца 1930-х годов), руководство партизанским движением на территории СССР до мая 1942 г. не было упорядочено [1]. Партизанским движением одновременно пытались руководить партийные комитеты, Генштаб РККА, военные советы (ВС) фронтов, НКВД СССР и республик и даже управления по охране тыла некоторых фронтов. Читать далее →

Антонов Иван Петрович – стрелок 160-й отдельной стрелковой роты Ленинградской военно-морской базы (ВМБ) Краснознамённого Балтийского флота, краснофлотец.

Родился 7 июля 1920 года в деревне Горбуново ныне Спировского района Тверской области в семье рабочего. Русский. Член ВКП(б)/КПСС с 1942 года. Окончил 10 классов. Работал заведующим клубом в родной деревне.

С 1940 года в Военно-Морском Флоте. Учился в Объединённой школе младших авиационных специалистов. С началом Великой Отечественной войны – в действующей армии. С 22 июня 1941 года активно участвовал в обороне главной военно-морской базы Краснознамённого Балтийского флота – города-порта Таллин (ныне – столица Эстонской Республики).

После героического перехода кораблей флота из Таллина в Кронштадт моряк-балтиец Иван Антонов воевал с гитлеровскими захватчиками на суше – в районе Невской Дубровки, где стояла тяжелая морская батарея, на которой он был наблюдателем. В свободное от вахты время отважный краснофлотец выслеживал врагов из засады. Свою первую снайперскую победу он одержал в канун нового 1942 года.

Стрелок 160-й отдельной стрелковой роты (Ленинградская ВМБ, Краснознамённый Балтийский флот) краснофлотец Иван Антонов стал одним из зачинателей снайперского движения на Балтике.

С 28 декабря 1941 года по 10 ноября 1942 года Антонов И.П. меткими выстрелами истребил триста двух гитлеровцев и обучил искусству меткой стрельбы по врагу восемьдесят снайперов.

Отличный стрелок-снайпер был трижды ранен, но каждый раз возвращался в боевой строй.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 февраля 1943 года за образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецко-фашистским захватчиками и проявленные при этом мужество и героизм краснофлотцу Антонову Ивану Петровичу присвоено звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» (№ 869).

После войны продолжал службу в ВМФ. С 1953 года мичман И.П.Антонов – в запасе.

В 1953 году окончил Ленинградский институт советской торговли имени Ф.Энгельса, и до ухода на заслуженный отдых работал директором продовольственной базы «Ленгастроном». Жил в городе-герое Ленинграде (ныне – Санкт-Петербург). Скончался 22 марта 1989 года.

Награждён двумя орденами Ленина, орденом Отечественной войны 1-й степени, медалями.

В результате Таллинской операции, являвшейся частью стратегической Прибалтийской операции, войска Ленинградского фронта  25.91944 вышли на побережье Рижского залива. Создались благоприятные условия для освобождения островов Моонзундского архипелага. Противник пытался удержать острова, владея которыми он прикрывал войска группы армий «Север» с моря.

Моонзундские острова обороняли 23-я пехотная дивизия и четыре охранных батальона противника (всего около 11,5 тысяч человек). Здесь же базировались 2 миноносца, 22 десантные и артиллерийско-десантные баржи, 14 тральщиков и 2 торпедных катера.

К проведению десантной операции привлекались: из состава Ленинградского фронта (Маршал Советского Союза Говоров) 8-й Эстонский и 109-й стрелковые корпуса 8-й армии и 13-я воздушная армия (генерал-лейтенант авиации С. Д. Рыбальченко), от Балтийского флота (адмирал В. Ф. Трибуц) – 92 катера различного назначения, 40 тендеров, 260-я бригада морской пехоты, две штурмовые авиационные дивизии. Руководство сухопутными силами в операции было возложено на командующего 8-й армии генерал-лейтенанта Ф. Н. Старикова, морскими силами – на контр-адмирала И. Г. Святова.

Операция началась 27 сентября с захвата острова Вормси. Захват острова осуществлял батальон морской пехоты. 29 сентября начались бои по освобождению острова Муху. До этого в течение нескольких дней на Виртсу сапёры капитана Кангура работали на сооружении причалов, строительстве и ремонте мостов. Было решено послать на остров сперва разведгруппы.

Первая из них, под командованием капитана Кельберга, в тайне от противника переправилась через залив Суурвяйн и в течение многих часов вела наблюдение за врагом. Вторая группа той же ночью переправилась на Муху и по радио сообщила добытые ею разведсведения касательно передвижения немцев и их обороны, которые должны были сыграть важную роль в предстоящем наступлении. Высадка десанта на остров Муху в Куйвасту началась рано утром. 29 сентября была высажена передовая группа численностью около 1150 человек. Переправу войск осуществляли торпедные катера КБФ. На подходе к острову катера были обстреляны противником, однако это не сказалось на темпах высадки. 30 сентября они совершили 181 рейс, доставив на Муху 249-ю стрелковую дивизию (около 5600 человек).

Следом за катерами пролив форсировали амфибии.

Старшему лейтенанту Альберту Репсону было приказано первым высадиться на остров, захватить плацдарм и удерживать его до подхода основных сил. Отряду Репсона пришлось отнюдь не сладко. Противник сосредоточил по нему огонь всей своей артиллерии и миномётов. При высадке бойцам приходилось идти к берегу по грудь в воде, ведя при этом огонь по противнику. Постепенно отряд продвигался вперёд. На одном участке его бойцы уничтожили все огневые точки немцев и завязали бой в траншеях. Противник предпринял контратаку, которая не увенчалась успехом. Сам Репсон был ранен в обе руки, его отряд понёс большие потери, но смог удержаться до подхода основных сил.

Взвод лейтенанта Соо первым прорвал оборону противника на острове. Вместе с ним отличились разведчики Николай Матяшин и Эдуард Тяхе. Во время наступления группы Соо на опорный пункт врага нужно было подавить огневые точки.

Эту задачу с блеском выполнил Николай Матяшин. Ему удалось незаметно зайти с фланга и расстрелять с близкого расстояния из своего ручного пулемёта шесть огневых точек противника. Затем во время взятия хутора у него заел пулемёт. Немцы тем временем усилили огонь, заметив это. В этот самый момент сыграло хладнокровие героя. Он быстро подобрался к пулемётному расчёту врага и гранатой уничтожил его.

Было убито шесть вражеских солдат. Впоследствии он уничтожил на берегу пролива ещё два пулемётных гнезда и расчёт немецкой пушки. Эдуард Тяхе, ворвавшись на пристань, под обстрелом врага, практически единолично захватил дом. При этом он уничтожил пулемёт и до десятка немцев. Младший лейтенант Аллик со своим подразделением форсировал пролив на лодках. Осколок снаряда пробил командирскую лодку, пробоины были быстро заделаны. На берегу мужественный лейтенант подавал личный пример своим людям. В ходе наступления он лично уничтожил гранатой огневую точку врага. Его рота успешно продвинулась вперёд и оседлала важную дорогу. Затем им пришлось отбивать яростные контратаки немцев. К тому моменту Аллик уже был ранен в шею.

Воинам эстонского стрелкового корпуса А. Репсону, Н. Матяшину, Э. Тяхе и А. Аллику за проявленное мужество и героизм при взятии острова Муху было присвоено звание Героя Советского Союза.

В течение нескольких часов кровопролитного боя советским войскам удалось сломить сопротивление врага. Продолжали сопротивляться лишь отдельные группы солдат противника. К полдню части эстонского стрелкового корпуса достигли дамбы, соединяющей Муху и Сааремаа.

2 октября началось сражение по овладению островом Хийумаа. Работы по сооружению дзотов, траншей и прочих земляных укреплений велись на острове с осени 1943 года. Гарнизон острова состоял главным образом из частей морской пехоты и тех, что успели эвакуироваться из Таллинна и Хаапсалу.

В 7 часов утра первые группы десанта погрузились на быстроходные катера Героя Советского Союза капитана 3 ранга В. П. Гуманенко. Противник встретил их артогнём. Десант добирался до берега по грудь в воде, так как подойти ближе катера не могли. Первыми высадились на берег батальоны капитанов Никулина и Андреева. Они предприняли решительную атаку и прорвали оборону противника в районе Хельтермаа. Пехоте была оказана воздушная поддержка. Был нанесён авиационный удар по немецким укреплениям на восточном побережье. В районе Кярдла противник перешёл крупными силами в контратаку. При её отражении отличились батареи лёгких орудий капитана Смирнова и капитана Григорьева. В первый же день благодаря активным действиям советских войск были ликвидированы немецкие опорные пункты в Кейна и Кярдла. Бои продолжались всю ночь. К этому времени враг был уже дезорганизован. К середине дня 3 октября остров Хийумаа, также именуемый Даго, был освобождён. В плен попало свыше 300 немецких солдат, было захвачено много военной техники.

5 октября началась десантная операция по овладению самого большого острова Моонзундского архипелага – Сааремаа или Эзеля. К этому времени из Риги на остров была переброшена 218-я пехотная дивизия Вермахта. Операцию предполагалось осуществлять с двух направлений – Хийумаа и Хаапсалу. Эстонский стрелковый корпус должен был наступать через дамбу. При отступлении она была взорвана противником. Задача восстановить дамбу была поручена сапёрному батальону майора Кангура. Ремонтные работы шли под постоянным артобстрелом и налётами авиации врага. Вскоре дамба была готова для прохода войск и по ней двинулись пехотинцы, танки, САУ, лёгкая и тяжёлая артиллерия.

К этому времени катера Героя Советского Союза гвардии капитана 3-го ранга Гуманенко и капитана 3-го ранга Кожужко высадили на остров десант. С моря десант прикрывали интенсивным огнём мониторы КБФ. Он оказался для немцев полной неожиданностью. Пленный оберефрейтор 7-й батареи 532-го морского артдивизиона Эрих Фингрес так описал обстановку, сложившуюся после высадки советского десанта: «В наших подразделениях высадка русских произвела суматоху и панику. Царило полное смятение. Офицеры проявили беспомощность. Раненые были брошены на произвол судьбы.»

В течение нескольких часов напряжённого боя был создан плацдарм на северном берегу Сааремаа. Немцы отошли на второй рубеж обороны в 6-10 км от побережья, но и он вскоре был прорван. Пехота эстонского корпуса на САУ прорвалась через оборону врага и перерезали дорогу на Курессааре.

Многочисленные контратаки противника успеха не имели.  В этих боях отличились артиллерист, сержант Мурд, старший лейтенант Ребане и радист Олендер. Сержант Мурд, командир орудия, израсходовав все боеприпасы, повёл свой расчёт в атаку на вражеское орудие. Артиллеристы метким автоматным огнём вывели из строя расчёт немецкого орудия. Захватив пушку врага, они развернули её и открыли огонь по немецким позициям. Старший лейтенант Ребане и радист Олендер выступили в качестве артиллерийских наводчиков. По их данным наша артиллерия уничтожила до 100 солдат противника, два орудия и четыре станковых пулемёта. Когда дом, в котором они укрывались, был наконец-то найден, немцы попытались их окружить. Отважные воины вызвали огонь на себя и затем перебрались в другое укрытие.

К 17:00 5 октября нашими частями были освобождены следующие населённые пункты: Хинду, Кавани, Выхма, Тагавере, Вальяла, Кареда, Сандре, Пейде, Вяльта, Унгума и прочие.

Советские войска продвигались дальше. В районе Кесквере нашим стрелковым полком была разбита группировка противника, состоящая из двух батальонов с артиллерией и миномётами.

В 16:00 7 октября советские войска овладели городом и портом Курессааре, крупнейшим городом, уездным центром Сааремаа. 8 октября уже большая часть острова была очищена от войск противника, боевые действия теперь сосредотачивались на полуострове Сырве.

Как и в 1941 году полуостров стал крепостью. Немцы называли его «Ирбенским щитом», потому что он прикрывал вход в Ирбенский пролив. Полуостров был превращён в сплошную линию обороны с многочисленными траншеями, дзотами, минными полями, противотанковыми рвами и надолбами. В районе Каймри, самой узкой части полуострова, немцами были подготовлены четыре линии обороны со всевозможными полевыми укреплениями и препятствиями для танков и пехоты.

Советские войска оказались в трудном положении, так как были стеснены на узком участке и не имели достаточного пространства для манёвра. Противник вёл непроницаемый заградительный огонь. На один километр фронта у него действовало 8 артиллерийских и 5 миномётных батарей. Их обнаружение нашей артиллерийской инструментальной разведкой было осложнено тем обстоятельством, что эти батареи располагались либо в лесу, либо около воды. Попытки прорвать вражескую оборону, предпринятые 10-14 октября провалились. Особенно трудно пришлось советской батарее под командованием младшего лейтенанта Кирса. Немцы сначала открыли по ней массированный артиллерийский огонь, который поддержали боевые корабли Кригсмарине. После этого около 200 солдат противника перешло в атаку с целью захвата батареи. Орудия сержантов Тераса, Картау и младших сержантов Кескюлы и Клевесили открыли огонь прямой наводкой и прижали немцев к земле. Завязалась огневая дуэль. Немцы были вынуждены отступить, оставив на поле боя около ста трупов. Ефрейтор Аллас также отличился в боях на Сырве. Его ранило, и он был отправлен на перевязку. Рядом артиллеристы отбивали очередную контратаку противника. Прислуга одного из орудий была выведена из строя, тогда Аллас занял её пост и вёл один огонь по врагу.

Гвардии старший сержант Степанов во время боя сумел проникнуть в расположение противника и разведать местность за его передним краем. Благодаря этому он смог скрытно провести к немцам в тыл стрелковую роту, которая нанесла врагу серьёзный урон. Старший сержант Петросян обнаружил группу немцев, пытавшихся поджечь деревню. Он решил вступить в явно неравный бой, из которого о н всё-таки вышел победителем, при этом поразил автоматным огнём семерых и взял в плен четверых немцев. Ещё один герой, Сабалак Оразлимов, шёл в атаку на Каймри в цепи наступающего батальона, когда в упор по ним ударил замаскированный станковый пулемёт. Тяжело раненый Оразлимов бросился на него грудью, показав пример неимоверной стойкости и самопожертвования. Только 18 ноября, после мощнейшей артиллерийской и авиационной подготовки, советским войскам удалось прорвать оборону и перейти в наступление. Постепенно, шаг за шагом, советские войска отвоёвывали полуостров. Для немцев наступал переломный момент. Обер-ефрейтор Юнг (полевая почта 27062) писал своему другу Гансу Беетцу: «Милый Ганс! Положение серьёзное. Мы с тобой находимся далеко друг от друга. Остров для нас стал мышеловкой. Ты умеешь плавать? Я – как металлический лом».

23 ноября начался последний штурм. Главный удар наносился в районе Аде-Генга. После артподготовки советская пехота и танки перешли в атаку. Враг понёс большие потери. Ночью стало очевидно, что немцы могут продержатся на острове считанные часы. К утру на полуострове оставались только разрозненные группы войск противника.

Отряд разведчиков под командованием сержанта Пукка пробрался в тыл противника и совершил ряд налётов, уничтожив порядка 45 врагов. Сержанту Пукку выпала честь первым водрузить красное знамя на самой южной оконечности полуострова Сырве. Рота лейтенанта Копьёва первой ворвалась на пирс. Комсорг Чуфистов в 6 часов утра под салют автоматных очередей поднял на разрушенном маяке мыса Свальферорт красный флаг.

К утру 24.11 операция была закончена, освобождение островов Моонзундского архипелага было завершено. На полуострове Сырве были разгромлены следующие части немецких войск: 23-я, 218-я и 215-я пехотные дивизии, 531-й и 532-й артиллерийские дивизионы береговой обороны, 583-й охранный батальон и другие. Противник потерял до 7 тысяч человек убитыми и около 700 пленными. В ходе операции КБФ высадил на острова свыше 3700 человек десанта и перевез (до 30.11) более 74 тыс. человек, а также большое количество военной техники и грузов. В результате действий кораблей и артиллерии КБФ были потоплены и повреждены 11 кораблей противника. Авиацией КБФ, которая произвела более 2300 самолето-вылетов, было потоплено 11 транспортов и судов, повреждено 30 кораблей и судов.

С занятием островов Моонзундского архипелага завершилось освобождение Эстонской ССР. Операция имела важное значение для КБФ, корабли которого получили возможность действовать не только в Финском и Рижском заливах, но и на коммуникациях противника в средней и южной частях Балтийского моря.

предоставленно проектом «Морская пехота Балтики«

Источники:

http://samsv.narod.ru/Oper/1944/moonzund.html
http://www.rusnavy.ru/d03/248.htm
http://victory.mil.ru/war/oper/90.html

В конце августа 1941 года фашистские полчища захватили Прибалтику. 8-я армия и отдельные отряды моряков-балтийцев сдерживали яростные атаки наседавших гитлеровцев. Командование Балтийского флота вынуждено было отправить подразделения моряков на южный берег Финского залива, в район боевых действий 8-й армии.

В августе-сентябре Приморский плацдарм защищали лишь передовые дивизии 8-й армии, батальоны 2-й и, частично, 5-й бригад морской пехоты, отдельные части Ижорского укрепленного сектора. Первым, из формировавшейся на ходу 5-й морской стрелковой бригады, прибыл под Котлы батальон капитана Н.И.Салищева. И с ходу – в бой. Моряки по несколько раз в день ходили в атаку.

Утром 30 августа 1941 г. после четырехчасовой артподготовки фашисты двинулись в наступление. Почти 6 часов 2-й батальон капитана Салищева удерживал бешеный натиск врага. Силы были неравны. Части 8-й армии начали отходить к крепости Копорье. Здесь, у стен древней крепости героически сражался 1-й батальон С.И.Боковни. О его храбрости ходили легенды. Моряки его батальона совершили дерзкую вылазку. Лейтенант В.П.Сорокин с краснофлотцем И.В.Ваниным за одну ночь сняли на вражеском минном поле до 200 мин. А на другой день они заминировали этими же минами свой участок обороны.

Интересен рассказ бывшего подполковника, а ныне генерал-майора в отставке Г.М.Зубова «О боях на плацдарме Котлы – Ораниенбаум…».

«…Когда немцы начали свое наступление от Копорья к берегу Финского залива, его батальон должен был остановить гитлеровцев, не допустив их к берегу. Весь день бой не стихал ни на минуту. Раненый в ногу командир батальона Боковня проявил исключительное мужество и стойкость. Своим личным примером он зажигал бойцов, показывал им, как надо сражаться с врагом. Батальон выполнил приказ, прикрыл отход частей 8-й армии. В течение одного дня С.И. Боковня со своим батальоном 16 раз ходил в контратаки».

В первых числах сентября Василий Казимирович Зайончковский получил назначение на должность командира 5-й морской стрелковой бригады и прибыл в Лебяжье. Комендант Ижорского укрепрайона генерал-майор П.Т.Григорьев разрешил ему набирать пополнение из тыловых частей фортов, береговой обороны, Кронштадта. Много флотских частей скопилось к осени и в Ораниенбауме.

На побережье залива, недалеко от Красной Горки, располагался морской полк ПВО, на тот случай, если фашисты попытаются высадить десант с моря. Генерал Григорьев распорядился передать пулеметы полка вместе с их расчетами в бригаду Зайончковского, а личный состав расписать по фронтовым частям, рассудив, что артиллерия Кронштадта и корабельные пушки надежно защищают воды Финского залива от врага. Бригада получила 14 станковых пулеметов и солидный боезапас патронов. Были сформированы два батальона, куда вошли пулеметные роты и минометный дивизион. Пополнение составляли краснофлотцы, в большинстве своем проверенные в боях.

У железнодорожной станции «Копорье» шли жестокие бои. Всякий раз, когда фашисты шли в лобовую атаку, балтийцы подпускали их поближе, а затем выскакивали из окопов и врезались во вражеские ряды, орудуя штыками и прикладами. Наш моряк страшен в рукопашной, не зря фашисты прозвали его «черной смертью». Здесь, под Копорьем, был тяжело ранен комбат Н.Н.Салищев, только в санроте пришел в сознание. Но уже через месяц – постарались медики – вернулся в свой 2-й батальон. К тому времени 5-я бригада морской пехоты стояла уже на новом рубеже – по правому берегу р.Воронки. Батальон занимал участок длиной в 6 км от побережья Копорской губы до деревни Верхние Лужки. Слева располагался 3-й батальон, возглавляемый Макаровым. Вначале были лишь отдельные очаги обороны. Нейтральной полосы не существовало, моряки находились в 25-30 м от противника. С наземных наблюдательных пунктов даже ближайшая линия его обороны не проглядывалась, потому что пойма реки Воронки сплошь покрыта высоким кустарником. Выручали засады. Вскоре пришли саперы, они помогли построить окопы и дзоты, протянули вдоль берега заграждения под самым носом у фашистов. Заминировали все подходы к переднему краю. В батальон доставили противотанковые ружья, была сформирована батарея 82-миллиметровых минометов, в стрелковых ротах появились 50-миллиметровые минометы, а в бригаде – полковая артиллерия.

Прославленная 2-я морская стрелковая бригада (командир полковник Ржанов В.М.) вела тяжелые бои за Котлы и Копорье. Балтийцы шесть раз атаковали Копорье, деревня несколько раз переходила из рук в руки.

«Осенью 1941 года бригада стойко бороняла станцию Котлы, потеряла в боях до 80% личного состава, но не сдала свои позиции. Танковый батальон этой бригады много раз ходил в атаку на фашистов … если бы не эти батальоны и не  артиллерийский огонь флота – Ораниенбаум не устоял бы, и кто знает, как сложилась бы обстановка для Кронштадта, тыла 23-й армии и всей обороны Ленинграда» – вспоминает Г.М.Зубов.

Отдельный стрелковый батальон охранял склад КБФ в Большой Ижоре. 12 сентября 1941 года батальон двинулся к передовой линии фронта и занял исходные позиции у Гостилиц. К этому времени 2-я бригада прибыла на этот рубеж из-под Котлов и Копорья, батальон вошел в ее состав и стал называться 2-м стрелковым батальоном 2-й особой бригады морской пехоты КБФ. 13 сентября начался бой за Гостилицы, занятые фашистами. Битва продолжалась до 17 сентября. Матросы самоотверженно сражались. Гостилицы были отвоеваны, но к немцам пришло подкрепление. Они контратаковали и удержать Гостилицы не удалось. 2-я Морская стрелковая бригада была вынуждена отойти на исходные позиции, понеся большие потери. Только у 2-го батальона из 1250 человек личного состава осталось не более 100 человек.

Источник: Школа Ораниенбаумского плацдарма

Мало кто знает о продолжительной и кровопролитной эпопее на Неве, развернувшейся на плацдарме, именовавшемся «Невский пятачок» в 1941-1943 гг. Между тем это одна из самых героических и трагических страниц отечественной военной истории. На крохотном клочке земли – 2,5 км по фронту и 700 м в глубину – с сентября 1941 г. по январь 1943 г. непрерывно шли изнурительные бои. Каждую ночь сюда, пополняя неисчислимые потери, высаживались батальоны советских воинов. Здесь в общей сложности полегли 200 тыс. бойцов – сынов почти всех народов СССР, и для половины из них могилой стала Нева.

В сентябре 1941 г. германская группа армий «Север» под командованием генерал-фельдмаршала Лееба отрезала Ленинград от остальной страны. Оставалась только Ладога – единственный водный путь из города на Большую землю и обратно. Началась невиданная по своей жестокости в истории человечества 900-дневная голодная блокада трехмиллионного мегаполиса….

Разорвать кольцо окружения и деблокировать город на Неве решено было на самом узком участке – шлиссельбургско-синявинском выступе, где гитлеровцы вбили клин десятикилометровой ширины между войсками двух фронтов – Ленинградского и Волховского. Этот выступ немцы назвали «фляшенхальс» – «бутылочное горло». Используя благоприятные для обороны условия местности, враг в кратчайшие сроки возвел три мощных оборонительных рубежа.

В ночь с 19 на 20 сентября батальон 4-й отдельной бригады морской пехоты, полк 115-й стрелковой дивизии и полк 1-й стрелковой дивизии НКВД из района Невской Дубровки на правом берегу Невы под ураганным огнем противника форсировали 600-метровую водную преграду и захватили вдоль левого берега реки у Московской Дубровки узкую полоску земли. Далее им продвинуться не удалось.

4-я ОБрМП была сформирована была на архипелаге Валаам, что на Ладожском озере, во второй половине июля 1941 г. Командир – генерал-майор береговой обороны Ненашев, военком – полковой комиссар Вайда. Соединение насчитывало 3954 человек.

1-й и 2-й батальоны были укомплектованы запасниками 3-й категории и дислоцировались на трех небольших островах Мантсшсаари, Ланкулансаари и Рантасаари. 20 июля на них незаметно высадились десанты финнов. Завязались ожесточенные бои. Неся потери, батальоны вынуждены были на самодельных плотах, связанных из бревен, эвакуироваться и перебраться вместе с остальными подразделениями бригады в район Невской Дубровки.

Доукомплектовавшись курсантами военно-морских училищ и резервистами, в ночь на 20 сентября после артподготовки, в которой участвовали корабли отряда реки Невы, батареи Невской позиции и научно-исследовательского морского артиллерийского полигона, штурмовые десанты моряков в первом эшелоне удачно форсировали Неву и на ее левом крутом берегу у села Московская Дубровка захватили крохотный плацдарм, перерезав при этом важную для немцев дорогу на Шлиссельбург.

Опомнившись, гитлеровцы открыли шквальный огонь из орудий и минометов. По 2000 снарядов и бомб ежечасно разрывалось на клочке земли, размеры которого в ходе многодневных яростных боев с большой кровью удалось увеличить до полутора квадратных километров.

На помощь героям-первопроходцам с правого берега, из Невской Дубровки, переброшены были все батальоны бригады – 3225 краснофлотцев. Все они здесь и полегли…

Таким образом, зацепившись за крутой и обрывистый берег высотой более 20 м, краснофлотцы и красноармейцы, неся большие потери, удерживали крохотный плацдарм, метко названный «Невским пятачком». Начались изнурительные бои. Они велись днем и ночью с невиданным ожесточением и упорством. Гитлеровцы бросали в атаки все новые подразделения. Не раз дело доходило до рукопашной. Немцы в буквальном смысле слова перепахивали снарядами и бомбами «пятачок», на котором не осталось ни деревца, ни кустика. Здесь царила страшная картина опустошения и смерти.

У нас же ощущался крайний недостаток в мощных средствах подавления противника, не хватало артиллерии, танков, авиации. Зато каждую ночь регулярно посылались на плацдарм людские подкрепления для восполнения урона. Раненых на правый берег не переправляли, они в муках истекали кровью. Да и вообще из прибывших на «пятачок» никто не возвращался обратно. Однако полуголодные, физически ослабленные, израненные защитники плацдарма сражались до конца с яростью обреченных, стояли насмерть.

Впрочем, другого выхода у них и не было…

Для того чтобы хоть как-то выжить, советские бойцы вгрызались, как кроты, в землю, строили подземные ходы сообщения, разобрав для этого все деревянные дома и надворные постройки села Московская Дубровка. Однако и после этого немногим удавалось оставаться в живых более трех дней.

К весне 1942 г. на плацдарм все реже и реже перебрасывались очередные десанты. «Пятачок» таял буквально на глазах. На нем оставалось все меньше и меньше воинов, способных держать оружие. И вот когда плацдарм оказался отрезанным от правого берега Невы ледоходом, гитлеровцы овладели им полностью. 29 апреля в 21.00 прервалась последняя связь с «пятачком».

В живых остался только начальник штаба 330-го стрелкового полка 86-й стрелковой дивизии майор Александр Соколов. Мастер спорта по плаванию и чемпион Приволжского военного округа, он, несмотря на серьезное ранение, сумел переплыть холодную Неву…

Осенью 1942 г. военный совет Ленинградского фронта решил снова захватить плацдарм на Неве. В конце сентября к Невской Дубровке подтянулись части 70-й и 86-й стрелковых дивизий и 11-й отдельной стрелковой бригады. После мощной артиллерийской и авиационной подготовки они с огромными потерями переправились через реку. «Невский пятачок» возродился, и опять на нем вспыхнули ожесточенные бои, продолжавшиеся до января 1943 г., когда, наконец-то, была прорвана блокада Ленинграда.

Через плацдарм на Неве прошли сотни тысяч воинов. К сожалению, перечислить их всех поименно невозможно на страницах газеты. Не удастся даже подробно рассказать о всех соединениях, сражавшихся на «пятачке», вспомним лишь о некоторых…

Но прежде нельзя не сказать несколько слов о населенном пункте Невская Дубровка. Именно она являлась своего рода накопителем войск, стартовой площадкой, откуда велась постоянная подпитка плацдарма. Сюда с разных участков Ленинградского фронта стекались полки, бригады, дивизии. Здесь на ничем не прикрытой прибрежной полосе, под непрерывным огневым воздействием вражеской авиации и артиллерии наспех сколачивались и формировались десантные батальоны и, невзирая на обстрелы, перебрасывались через кипящую от взрывов реку на «Невский пятачок». Единственная надежда десантников – ночь – выручала отнюдь не всегда.

Немецкие наблюдатели зорко следили за правым берегом с земли и неба, полными хозяевами которого были летчики «Люфтваффе». Противник мог точно вычислять время и место очередной переправы. И как только наши войска ночью начинали форсирование, немецкая авиация сбрасывала над Невой мощные осветительные бомбы и атаковала плоты и лодки. С берега били артиллерийские батареи врага. Вот в таком кромешном аду преодолевали водную преграду бойцы и командиры 115-й, 1-й, 86-й, 168-й, 10-й, 45-й стрелковых дивизий, 4-й отдельной бригады морской пехоты.

Источник: «Независимое военное обозрение», автор Степан Кашурко

АСБО – Артёмовский сектор Береговой обороны
ВСБО - Владивостокский сектор Береговой обороны
ВЛОР – Владивостокский оборонительный район
ВЛУР - Владивостокский Укреплённый район
БРАВ и МП ТОФ – Береговые ракетно-артиллерийские войска и морская пехота Тихоокеанского флота
ОКДВА – Отдельная Краснознамённая Дальневосточная армия
ТОФ – Тихоокеанский флот
УР – Укреплённый район
СН ИС – Служба наблюдения и связи
УС - Узел связи
МОРСП - Морской стрелковый полк
ОПУЛАБ – Отдельный пулемётно – артиллерийский батальон
ОАДН – Отдельный артиллерийский дивизион
ОРЕАДН – Отдельный реактивный – артиллерийский дивизион
ОПР – Отдельная пулемётная рота
РТОТ – Рота танковых огневых точек
ДОТ – Долговременная огневая точка
ДЗОТ – Дерево-земляная огневая точка
СЖБОТ – Сборная железобетонная огневая точка
ОРПК – Орудийный полукапонир
СПС - Сборное пулемётное сооружение
СБК – Сборные бетонные конструкции
УФС – Универсальные фортификационные сооружения

19 ноября 1969 года – Директива Генерального штаба ВС СССР о создании ВЛОР ( Владивостокского оборонительною района)

5 мая 1970 года – Директива штаба ТОФ о сформировании пулемётно-артиллерийеких частей Управления береговых ракетно-артиллерийских войск Владивостокского Укреплённого района

13 мая 1970 года – Первый приказ по части начальника ПАЧ подполковника Кригер А.В.

Февраль 1972 года -  Получено 50 тяжёлых танков ИС-Зм

Июль   1972 года – Мобилизационное учение под руководством Министра Обороны СССР маршала Сов.Союза Гречко А.А. Развёртывание до полного штата 1061 ОПУЛАБ.

Октябрь 1973 года – 55 отдельная батарея обслуживания переформирована в 239 Отдельный артиллерийский дивизион

Июль 1975 года – УР принимает участие в учениях под руководством ГК ВМФ Адмирала флота Советского Союза Горшкова С.Г.

Август 1976 года – Инспектирование УР комиссией под руководством главного Инспектора МО СССР маршала Советского Союза Москаленко

28 ноября 1977года – Директива ГШ ВМФ о сформировании с 1 января 1978 года 1 Укреплённого района ТОФ.(Войсковая часть 99071 командир полковник Кригер А.В.)

Ноябрь 1979 года – Командиром 1 УР назначен подполковник Джерихов В.Б.

Май 1981 года – Получено 30 автоматических миномётов 2Б9 «ВАСИЛЁК»

18 августа 1982 года – Директива ГШ ВМФ о переформировании отдельных пулемётных рот в отдельные пулемётно -артиллерийские батальоны по штатам мирного времени.

Апрель 1983 года – Командиром 1 УР назначен подполковник Корниленко В.И.

Август 1983 года – На базе 1 УР развёрнут 7 отдельный реактивный – артиллерийский дивизион (7 ОРЕАДн)

Июнь 1987 года – Взамен тяжёлых танков ИС-ЗМ получены средние танки Т-55

Июнь 1989 года – Командиром I УР назначен подполковник Чуйко М.Г.

1994 год – Директива ГШ ВС РФ о частичном сокращении 1 УР.

25 апреля 1995 года – Директива ГШ ВС РФ о полном сокращении 1 УР

Укреплённый район (сокр. УР или укрепрайон) — первоначально сочетание нескольких крепостей, находящихся во взаимодействии и образующих общую группу. После Первой мировой войны 1914-1918 тт., когда система укрепления границ линиями крепостей была признана неэффективной, появились предложения о создании вдоль границ сплошных широких по глубине обороны полос, состоящих из УР. но уже в новом их понимании. Теперь под УР стали понимать рубеж или полосу местности, оборудованные долговременными и полевыми фортификационными сооружениями прикрываемые заграждениями всех видов и системой огня, а также гарнизон специальных войск, предназначенных для самостоятельных действий или совместно с полевыми войсками. В отличие от крепости УР имел открытый тыл для связи со страной. Береговая оборона ГБ ТОФ и образованный затем в конце Второй мировой войны Владивостокский морской оборонительный район сделали невозможным нападение на Владивосток японского флота и обеспечили безопасные условия для работы Владивостокского порта – важнейшего транспортного узла тихоокеанской коммуникации, связывавшей СССР с союзниками, строительством оборонительных сооружений 1-го укреплённого района (УР) Тихоокеанского флота в Артёме и Владивостоке, предназначенных для сдерживания и уничтожения вторгшейся в Приморье китайской армии. Спешное развёртывание частей ТОФ, занимающих оборонительный район Артём-Владивосток, было начато в 1970 году после подлой агрессии Китая на острове Даманский. В течение 11 лет в 1 УРе было установлено более 1500 пулемётных и около 200 подземных долговременных сооружения, 88 артиллерийских установок. В боевой состав входило 5 пулемётно-артиллерийских батальонов, 50 средних танков, дивизион реактивной артиллерии.

В течение 25 лет (с 1970 по 1995г.г) Первый Укрепленный район ТОФ оплотом охраны и обороны главного форпоста России на Дальнем Востоке – города Владивостока.

Владивосток начинал свою историю как военный пограничный пост – форпост России на Тихом океане и длительное время являл собой военный населённый пункт с военной администрацией. Географически Владивосток находится на линии морской государственной границы, в непосредственной близости иод Владивостоком проходит сухопутная и речная граница с Кореей и Китаем.

В своем повествовании мы попытались обозначить значимость истории России, связанной со строительством оборонительных сооружений 1-го укреплённого района (УР) Тихоокеанского флота в Артёме и Владивостоке, предназначенных для сдерживания и уничтожения вторгшейся в Приморье китайской армии. Спешное развёртывание частей ТОФ, занимающих оборонительный район Артём-Владивосток, было начато в 1970 году после подлой агрессии Китая на острове Даманский. Особенностью 1 УР ТОФ являлась очень высокая насыщенность районов обороны пулемётно-артиллерийских батальонов огневыми сооружениями.

О былой мощи высокопрофессиональных воинских подразделений было рассказано в предыдущих главах. Остановимся на сегодняшнем дне.

Несмотря на установившиеся довольно тесные отношения с Китаем, Россию, как его соседа, возрастающая военная мощь КНР не может не беспокоить. В советские годы на российско-китайской границе были сосредоточены огромные силы. И, по всей видимости, сделано это было не случайно. Сколько штыков сегодня охраняет рубежи России на китайском направлении?

В армейской среде сегодня популярен такой анекдот – если НОАК решится напасть на Россию после завершения реформы наших Вооружённых сил, то главной задачей китайцев будет не разгромить, а отыскать на просторах Дальнего Востока и Сибири российские воинские части. В этой шутке есть не только ирония, но и тревога…Генерал-майор в запасе Александр Серов, в прошлом командир одного из укрепрайонов на китайско-российской границе, рассказал ,что в 1954 году на Дальнем Востоке началось массовое строительство укреплённых районов.

Воздвигались десятки километров сложнейших инженерных сооружений, различных заграждений, управляемых и неуправляемых минных полей, которые стали основой нашей обороны. Фактически это были непреступные крепости, которые должны были основательно потрепать любую силу, осмелившуюся напасть на СССР. Основой этой крепости были пулемётно-артиллерийские батальоны, занимающие эшелонированные районы обороны. Из железобетонных конструкций строилась система мощных дотов в несколько подземных этажей, куда входили подземное боевое отделение с жилым отсеком, склад боеприпасов и средства связи. Эти сооружения оснащались вращающейся танковой башней с орудием.

Были и так называемые роты танковых огневых точек – бетонные «холмы», на вершине каждого из которых в специальной нише стоял танк ИС-2 с несколькими боекомплектами снарядов. Все подходы к нему были прикрыты вращающимися бетонными панцирями пулемётных гнёзд, в которых были установлены «Буки» -кривоствольные пулемёты системы Горюнова – когда-то секретное оружие. Сам пулемёт располагался внутри ДОТа почти вертикально, а его ствол, искривляясь под 90 градусов, утягивался в специальную амбразуру. «На учениях пулемёт поражал мишень диаметром 200 миллиметров на расстоянии 1500-2000 метров и практически с первой очереди, -рассказывает наш собеседник, – с его помощью можно было уничтожить даже легкобронированные цели». Живучесть установок была феноменальная, её невозможно было заставить замолчать, даже переехав танком. Кроме того, укрепрайоны усиливались танковыми батальонами и реактивной артиллерией.Сегодня ничего этого нет. «После российско-китайского соглашения об отводе войск на 100 километров от границ система укрепрайонов была законсервирована, – рассказывает военный эксперт Владислав Шурыгин. – А в 2008 году состоялась беспрецедентная передача части островных территорий на реке Амур острова Тарабарова и части Большого Уссурийского острова вместе с укрепрайоном. Случись что, отражать нападение со стороны Китая придётся только силами граничащих с ним Дальневосточного и Сибирского военных округов.

Но что останется от округов после реформы армии, пока не совсем ясно». Как отмечают многие эксперты, войска округов сейчас интенсивно сокращают. Раньше там было два десятка мотострелковых и танковых дивизий. Но вскоре в районе российско-китайской границы, а это более четырёх с лишним тысяч километров, в лучшем случае останутся 20 танковых и мотострелковых бригад, порядка 10 артиллерийских и зенитных соединений и другие вспомогательные части, общая численность которых не превысит 100 тыс. человек. С воздуха округа прикрывают две армии ВВС и ПВО – это около 20 авиационных полков истребительной, штурмовой, бомбардировочной и армейской авиации. Но вооружены они далеко не самой новой авиационной техникой. «Если наши военные думают, что такими силами они способны противостоять китайцам, которые за короткое время могут перебросить на границу около 500 тыс. человек, то они глубоко ошибаются», – говорит Владислав Шурыгин. Кстати, в советские времена даже столь мощным укрепрайонам. в случае большой заварухи с Китаем, отводилась не главная роль.

Их задачей было выдержать первый удар китайской армии в течение нескольких суток. За это время в район конфликта должны были быть стянуты части и подразделения из других регионов, доукомплектованы и введены в бой кадрированные части. Так, в 1979 году, после того как Китай вторгся во Вьетнам, на Дальнем Востоке и в Сибири в состояние полной боевой готовности были молниеносно приведены советские войска. За короткое время были доукомплектованы кадрированные части. Вся эта военная машина -25 мотострелковых частей с авиационной поддержкой -общей численностью 250 тыс человек начала концентрироваться вдоль границы с Маньчжурией, угрожая вторжением, если Китай немедленно не выйдет из Вьетнама.

Сегодня возможности Российской армии выглядят куда скромнее. Сегодня такие манёвры армия осуществить не в силах, что было наглядно видно на примере Чечни, куда в первую кампанию с трудом набрали группировку в 60 тыс. штыков. Не блестяще была проведена перегруппировка и во время пятидневной войны с Грузией.

В 2009 году кризис ударил и по армии, и о тренировках масштабных перебросок войск пришлось и вовсе забыть. Запланированные ранее учения проводятся в основном виртуально, на картах, с минимальным привлечением войск. Частям и соединениям предписано заниматься боевой подготовкой вблизи своих мест дислокации без их реального развёртывания и переброски в районы применения, что существенно снижает эффективность боевой подготовки. Даже экспериментальные учения мотострелковой бригады Сибирского военного округа, которые изначально планировалось проводить с передислокацией в другой регион для полноценного изучения возможностей новой структуры соединения, прошли в 15 минутах езды от пункта постоянной дислокации.

«В советские годы на направлении китайской границы за счёт мобильного ресурса можно было создать группировку до полумиллиона человек, – рассказывает Владислав Шурыгин. – Отражать китайскую и другие военные угрозы предполагалось путём массовой мобилизации. И как раз избыточные в мирное время офицеры должны принять под свою команду полки и дивизии резервистов, которые получат технику и вооружение со складов кадрированных частей.

Сейчас объявлено, что Генштаб намерен ввести добровольную оплачиваемую службу для тех, кто захочет быть резервистами. Но как и когда заработает эта система, кто и за какие посулы станет защитником Родины, пока неизвестно. Как непонятно, где и чем их будут вооружать».В то же время из семи военных округов Китая наиболее мощные те. зоной ответственности которых как раз является граница с Россией – Пекинский и Шэньянский. Шэньян граничит с Дальневосточным, а Пекинский район – с Сибирским военным округом России. На эти округа приходится четыре танковых и шесть механизированных дивизий, шесть танковых бригад сухопутных войск НОАК. Это уже более чем двукратное превосходство над нашими войсками в этом регионе.

Ещё две танковые дивизии и одна танковая бригада входят в состав Ланьчжоуского военного округа (занимает западную часть страны, ориентирован на Центральную Азию, Монголию и Сибирь к западу от Байкала). А одна танковая, одна механизированная дивизии, две танковые и механизированная бригады – в состав Цзинаньского, который находится в центре страны и является стратегическим резервом для военных округов, нацеленных на Россию. Причём китайцы деньги на подготовку армии не экономят. Вот как проходят учения там:

Китайская армия начала самое крупное в своей истории учение. Главная особенность манёвров состоит в том, что войска перебрасываются на расстояние до 1600 километров, далеко за пределы постоянной дислокации. Для быстрой доставки частей к месту учения используются скоростные поезда на железных дорогах и самолёты гражданской авиации. В военных играх участвуют дивизии из четырёх военных округов -Шэньянского, Ланьчжоуского, Цзинаньского и Гуанчжоуского, всего 50 тыс. человек.

Как заявляют китайцы, манёвры должны послужить предупреждением как мятежникам на национальных окраинах, так и соседним государствам, с которыми у КНР есть территориальные споры. Манёвры продлятся два месяца, их целями являются улучшение взаимодействия родов войск и отработка доставки к линии фронта в короткие сроки большого количества войск Чтобы преодолеть отставание в тактико-стратегических разработках , Пекин постоянно выступает инициатором различного вида учений с Москвой. Наверняка цель совместных учений для китайцев – перенять наш опыт.

Не случайно отмечается, что тактическая составляющая (легенда учения, состав участников и тактика действий) проводимой на территории Китая «Мирной миссии-2009» была полностью скопирована с «Мирной миссии-2007», которая проходила на территории России и была организована нашими военными. И тут невольно возникает вопрос: а не могут ли наше оружие и наш же опыт в итоге быть использованы против нас. как это произошло во время Великой Отечественной войны? Незадолго до войны СССР и Германия активно проводили совместные испытания новейших образцов танков, самолётов, химических боеприпасов, обменивались опытом в подготовке военных кадров и принимали участие в совместных учениях.

Эксперты не исключают такой возможности и считают, что в вопросах военного сотрудничества с китайцами нужно быть осмотрительнее. Китайцы, надо отдать должное, упорно добиваются своих целей. Они последовательно внедряют в жизнь амбициозную долгосрочную программу строительства вооружённых сил КНР. На сегодня закончен первый этап – вооружённые силы способны защитить жизненные интересы Китая, а также «эффективно сдерживать и устрашать потенциальных противников». К 2010 году армия Китая должна превратиться в силу, «гарантирующую расширение стратегических границ и жизненного пространства». К 2050 году планируется создать практически непобедимые вооружённые силы, способные «одержать победу в войне любого масштаба и продолжительности с использованием всех средств и способов ведения вооружённой борьбы».

Справка: Китайская народно-освободительная армия на сегодняшний день самая многочисленная в мире – её личный состав насчитывает 2,3 млн. военнослужащих. Это в два рала больше, чем в Российской армии. Только в сухопутных войсках служат 1,6 млн. военнослужащих. В военное время в распоряжение министерства обороны Китая также переходят полицейские формирования численностью около 660 тыс. человек, которые должны оказывать поддержку войскам, выполняя различные вспомогательные задачи. Боеготовый резерв китайской армии – 36,5 млн. человек, состоящих ни службе в запасе в системе народного ополчения. Это сила, которая способна смести любого противника.

Парк китайской авиации насчитывает около 2 тыс. боевых самолётов, что, по оценкам экспертов, делает ВВС НОАК крупнейшими в Азиатском регионе и третьими в мире после США и России силами. При этом средний налёт китайских пилотов на современных истребителях составляет порядка 200 часов в год. Это в несколько раз больше, чем в ВВС России. Показательно, что китайская эскадрилья «Агрессор», которая в ходе учений имитирует действия вероятных противников Китая, оснащена именно самолётами российского производства. Кстати .Россия на протяжении десятка лет активно вооружает Китай. Сегодня Москва поставляет НОАК образцы современного вооружения и техники, которых в Российской армии нет или они имеются в ограниченном количестве За последние 15 лет Пекин получил новейшие российские самолёты, закупил корабли и средства противовоздушной обороны.

Кроме того, Председатель КНР Ху Цзиньтао призвал создать мощный океанский флот, который в любой момент должен быть готов вступить в вооруженное противостояние. Такое заявление, как сообщили китайские СМИ. Ху, являющийся фактически главнокомандующим ВС страны, сделал в минувшую среду. Выступая на партконференции ВМС, председатель заявил, что Китай – крупная морская держава. «Нам необходимо стремиться построить мощный флот, адаптированный к потребностям нашей исторической военной миссии в новом веке и на данном новом этапе».    сказал Ху. По его словам, стране следует «правильно подготовиться к военным противостояниям и гарантировать эффективное выполнение вооруженными силами миссий в любой момент».

Все эти факты напрямую свидетельствуют о преступном проведении «Военной реформы». Высокопрофессиональные кадровые офицеры с большим опытом и знаниями выбрасываются за борт жизни и вынуждены искать способ выживания в сложных условиях «рыночной экономики». По-разному складываются их судьбы. Но, то что обороноспосбоности страны нанесен невосполнимый ущерб, очевидно даже нашим детям. Опомнитесь!!!!

«Шутливое и ласковое это прозвище краснофлотской тельняшки, давно бытовавшее на флоте. Приобрело в Великой Отечественной войне новый смысл, глубокий и героический. В пыльных одесских окопах, в сосновом высоком лесу под Ленинградом, в снегах на подступах к Москве, в путанных зарослях севастопольского горного дубняка -везде видел я сквозь распахнутый как бы случайно ворот защитной шинели, ватника, полушубка или гимнастерки родные сине-белые полоски «морской души».

Носить ее под любой формой, в которую оденет моряка война, стало неписанным законом, традицией. И, как всякая традиция, рожденная в боях, «морская душа»-полосатая тельняшка – означает многое.

Так уж повелось со времен гражданской войны – от орлиного племени матросов революции: когда на фронте нарастает опасная угроза. Красный флот шлет на сушу всех, кого может. И моряки встречают врага в самых тяжелых местах.

Их узнают на фронте по этим сине-белым полоскам, прикрывающим широкую грудь, где гневом и ненавистью горит гордая за фронт душа моряка, – веселая и отважная краснофлотская душа, готовая к отчаянному порой поступку, незнакомая с паникой и унынием. Честная и верная душа большевика, комсомольца, преданного сына родины.

Морская душа – это решительность, находчивость, упрямая отвага и неколебимая стойкость. Это веселая удаль, презрение к смерти, давняя матросская ярость. Лютая ненависть к врагу. Морская душа – это нелицемерная боевая дружба, готовность поддержать в бою товарища, спасти раненого, грудью защитить командира и комиссара.

Морская душа – это высокое самолюбие людей, стремящихся быть везде первыми и лучшими. Это – удивительное обаяние веселого, уверенного в себе и удачливого человека, немножко любующегося собой, немножко пристрастного к эффектности, к блеску, к красному словцу. Ничего плохого в этом «немножко» нет. В этой приподнятости, в слегка нарочитом блеске – одна причина, хорошая и простая: гордость за свою ленточку, за имя своего корабля, гордость за слово «краснофлотец», овеянное славой легендарных подвигов матросов гражданской войны.

Морская душа – это огромная любовь к жизни. Трус не любит жизни: он только боится ее потерять. Трус не борется за свою жизнь: он только охраняет ее. Трус всегда пассивен, – именно отсутствие действия и губит его жалкую никому не нужную жизнь. Отважный, наоборот, любит жизнь страстно и действенно. Он борется за нее со всем мужеством, стойкостью и выдумкой человека, который отлично понимает. Что лучший способ остаться в бою живым – это быть смелее и быстрее врага.

Морская душа – это стремление к победе. Сила моряков неудержима, настойчива, целеустремленна. Поэтому-то враг и зовет моряков на суше «черной тучей», «черными дьяволами».

Если они идут в атаку – то с тем, чтобы опрокинуть врага во всем что бы то ни стало.

Если они в обороне – они держатся до последнего, изумляя врага немыслимой, непонятной ему стойкостью.

И когда моряки гибнут в бою, они гибнут так, что врагу становится страшно: моряк захватывает с собой в смерть столько врагов, сколько он видит перед собой.

В ней – в отважной, мужественной и гордой морской душе – один из источников победы».

Леонид Соболев